Купечество

Псковские купцы

Псковский купцы


Псков являлся Выгодным географическим положением , удобные водные пути по рекам Великой, Пскове, Черехе, Сороти и другим, через Псковское и Чудское озера с выходом на реку Нарову, благоприятствовали развитию торговли вечевого города, способствовали формированию довольно емкого местного рынка. Близость к Прибалтике, к землям Ливонского ордена стимулировали внешнюю торговлю. Недаром уже в конце XV века Ревель (Таллин) стал главным центром экспорта воска, закупаемого в Пскове и Новгороде.

Средневековый Псков был городом ремесленников и торговцев, поэтому городской торг занимал огромную площадь. Прежний, Старый торг, располагался прямо под стенами Довмонтова города между Псковой и Великой. Кстати, слово «Торг» в летописи всегда писали с большой буквы, и даже этот незначительный штрих свидетельствует о важнейшем значении торговли в жизни псковичей.

В 1510 году, после присоединения Пскова к Москве, великий князь Московский Василий III распорядился перенести торг на новое место, в Окольный город.
Границами новой торговой площади, раскинувшейся между четвертым и пятым кольцами крепостных стен, были, приблизительно, нынешние улицы Пушкина и Свердлова (с запада и востока). Октябрьский проспект (с юга) и река Пскова (с севера).

Центром торга можно было считать церковь Покрова Божией Матери, возведенную в 1522 году по указанию Василия III во избавление от морового поветрия, свирепствовавшего в Пскове и унесшего жизни многих горожан. Эта церковь, правда, с позднейшими переделками, сохранилась до наших дней.

Как свидетельствуют письменные источники, в конце XVI века псковский торг насчитывал 1700 торговых помещений, не считая прилавков и лавочных мест. Чаще всего это были небольшие лавки, клети, амбары, чуланы, которые располагались как на самом торге, так и на улицах в различных концах города, у городских ворот, в людных местах и даже за городской стеной, но позднее появляются и более крупные торговые заведения, образуются настоящие магазины.

Известный псковский купец Сергей Поганкин имел, например, в Котовском сто (район города) «в одном срубе по синильному ряду пять лавок». Любопытно описание торговых заведений этого купца: «А ныне те лавки четыре каменных з затворы железными и с личинами да вверху две палатки каменных з затворами железными».3 То есть, это уже двухэтажное каменное здание с крепкими металлическими запорами, резко выделявшееся на фоне массовых деревянных строений Пскова.

Интересна предпринимательская судьба еще одного крупного псковского купца Алексея Хозина. Торговая карьера этого человека началась с того, что он, будучи церковным приказчиком церкви Богоявления с Запсковья, на льготных условиях взял мельничное место на 15 лет. По условиям договора Алексей Хозин должен был восстановить мельницу и после окончания льготных лет платить оброк 3 рубля в год ( в то время как ранее оброк за эту мельницу был в 5 раз больше). Мельничное дело, судя по всему, развивалось довольно успешно. В 1585 году за Хо-зиным уже числились большой амбар в Сурожском ряду («поставлен на двух местах лавочных»), лавка в котельном ряду («Лавка пуста Сенькинская скорнякова, а ныне Алексея Хозина сына Хози»), лавка в серебряном ряду, лавка в медовом.
Привозимые и приносимые на торг товары, продукты, ремесленные изделия концентрировались, как правило, в особых рядах, за порядок в которых отвечали специальные торговцы (вероятно, выборные). Они так и назывались - «рядовичи».

Даже неполный перечень рядов псковского торга 80-х годов XVI века говорит о его универсальном характере и внушительных размерах. Ряды кожевенный, сапожный, кузнечный, горшечный, деревянный, суконный, рукавишный, ременный, синильный, красильный, серебряный, мясной, хлебный, луковый, холщовый, сермяжный, шубный, терличный, однорядочный, кафтанный, кошурочный, чупрунный, колпачный, шапочный, шляпный, белильный, Тверской, котельный, сережный, женский (галантерейный), иконный, масляный, рыбный, мучной, калашный, пирожный, соляной, хмелевой, грешневый, кисельный...

Иноземные купцы везли в Псков сукно, полотна, драгоценные камни, золото, серебро, медь, олово, свинец, пергамент, вина, пряности. Из импортных товаров псковичей особо интересовала соль. Дело в том, что значение соли в средние века определялось не только тем, что она была продуктом питания и шла на засолку. Соль была одним из видов сырья для кожевенного промысла. Одно время, в 1364 году, псковичи сами попытались наладить добычу соли в селении Рух на Псковском озере, но потерпели неудачу: «По-ставиша две варницы на Рухе и начата соли варити; и то не сбыся и повергоша». Тогда взоры псковичей обратились в Ливонию, с которой не только постоянно враждовали, но и умудрялись вести довольно налаженную торговлю.

Основной продукт экспорта Пскова - мед, воск, кожи, щетина, сало, рыба, пенька, топленое сало и, конечно же, лен - гордость торгового Пскова. Особо стоит остановиться на экспорте воска. На всем протяжении средневековой истории воск являлся одной из основных доходных статей псковского экспорта. Ведь в быту средневекового человека воск занимал, пожалуй, то же место, что в нашей жизни электричество. Главное, что из воска изготавливались свечи - как для освещения жилых помещении, так и для богослужений в храмах. Кроме того, у католического населения запада было принято лепить из воска изображения больных частей тела. Так что воск продолжал оставаться важнейшим товаром вплоть до начала XX века.

Правила торговли регулировались прежде всего «стариной», то есть принятыми в качестве нормы сложившимися традициями. Одним из таких обычаев было право ганзейских купцов «колупать» воск - откалывать от вощаного круга куски для проверки его качества, причем отколотые куски в счет веса купленного воска не шли. Величина кусков воска, которые разрешалось «колупать», точно не была определена и зависела опять-таки от старины и произвола купцов.

Псковские купцы торговали как с другими областями России, так и с зарубежьем. Свои гостиные дворы псковское купечество имело в Великом Новгороде, Смоленске, Казани и в других городах. В Новгороде, например, псковский гостиный двор состоял из избы с четырьмя горницами на подклетях и 41 амбара.


Крупные псковские купцы заключали сделки и за границей, в ливонских и ганзейских городах, и в самом Пскове с приезжавшими в город иностранными купцами. В ливонских городах не было русских купеческих подворий, и там своеобразными экономическими и торговыми центрами для русского купечества стали православные церкви. Так, в Дерпте две православные русские церкви - Святого Николая и Святого Георгия - принадлежали псковским и новгородским купцам. При храмах имелись помещения, где жили священнослужители и хранились товары. Здесь же устраивались собрания и отмечались православные праздники. А так как дома вблизи этих церквей также арендовались русскими купцами для своих торговых целей, то это район Дерпта стал именоваться Русским концом - по аналогии с концами (районами) Пскова и Новгорода.

Надо отметить, что число торговых пошлин на псковском торге в XVI веке было довольно велико и все они поступали в одно место - в Большую таможню. Прибывая на торг, купец платил тамгу, мыт (при проезде через внутренние таможенные заставы), явку головщику. Покидая торг, платили новую пошлину - задние калачи. С речных судов, прибывавших на берега Великой и Псковы, бралась судовая пошлина в зависимости от размеров судна, с конного воза -повозная пошлина. За взвешивание товара платили весчую пошлину, за отмеривание - отмерную. За погрузку и разгрузку товаров бралась подымная и свальная пошлина, при продаже скота - пятно и роговое. За проживание на гостином дворе купцы платили особые пошлины - гостиное, амбарное и т.п., специальная пошлина взималась за перевозы и переправы. Кроме того, многочисленные поборы шли в пользу администрации торга.. Река была экономической границей товарного рынка всех русских земель. Переправа товаров в обход таможни считалась контрабандой, и такой товар подлежал конфискации, конечно, если его задерживали. Некоторые псковские купцы бывали уличены в контрабанде. Сохранились документы, что даже сам начальник Псковской таможни купец Сергей Поганкин в 1664 году отправил за рубеж 58 возов красной юфти (лучший сорт кожи) без уплаты пошлины.

Впрочем, все это, видимо, с лихвой окупалось выгодной торговлей. О чем красноречиво свидетельствуют сохранившиеся данные по таможенному обороту.

При Иване Грозном общая сумма таможенных пошлин по всему государству составила 60,5 тысячи рублей. Из них Москва собрала 12 тысяч рублей, Псков - 12 тысяч рублей. Пошлины, собранные в Великом Новгороде, были в два раза меньше - 6 тысяч рублей, Смоленск отчитался на 4 тысячи рублей.

В центре городского торга стояла и таможенная изба, где хранились уставные и таможенные грамоты, таможенные деньги. Это было внушительное помещение с девятью стекольчатыми окнами и дощатыми сенями. В избе хранилось 25 коробей «з государевыми с таможенными книгами, да ларчик окован с книгами ж, да сундук большой окован, где кладут государеву казну, а у него два замка висучих».
По подсчетам историков, в XVI веке в Пскове из 30 тысяч жителей непосредственно торговым делом занимались примерно полторы тысячи семей. Наиболее торговым считался Петровский конец (район города), где 67 процентов населения так или иначе были связаны с торговлей. На Запсковье к торговле были причастны 65,4 процента жителей.

По большому счету, наверное, не было такой категории населения Пскова, которая так или иначе не была связана с торговлей. Например, 108 представителей духовенства являлись владельцами лавок на псковском торгу. Сам игумен Псково-Печерского монастыря и протопоп Троицкого собора имели по 11 лавок, рыбные ловли и т.д. Имели свои лавки и занимались торговлей и служилые люди Пскова - стрельцы, пушкари, воротники. В целом же, по данным оброчных книг, основная масса лавочных помещений в Пскове принадлежала посадским людям (85 процентов), 9 процентов оброчных лавок принадлежало духовенству и 6 процентов - служилым людям. Дворяне и крестьяне, жившие в городе, по-видимому, лавками совсем не владели.
Примечательно, что хотя жители Пскова еще продолжали заниматься земледелием, но в целом население уже не производило ни хлеба, ни других продуктов питания в количестве достаточном для удовлетворения своих потребностей. Основная масса псковичей покупала продукты питания на рынке.
Если говорить о специализации районов города, то Запсковье, Полонище и Петровский посад (ныне Плехановский посад) выделялись как главные ремесленные районы средневекового Пскова. На Запсковье селились кузнецы, ла-дейщики, судоплаты, учанники («учан» - большая лодка), рыбники (так называли рыболовов, продававших рыбу). Полонище (район, расположенный примерно в границах между современными улицами Пушкина и Свердлова) облюбовали кузнецы, отсюда пошло и название одной из улиц города - Кузнецкой. Кстати, Кузнецкая улица упоминается в летописи еще в 1466 году: «Погорело Полонище, а загорелось от кузницы в Кузнецкой улице». Селились ремесленники и в Среднем городе (от современной улицы Пушкина до Кремля), о чем свидетельствуют археологические находки следов сапожного, литейного и других производств.

Целые кварталы города назывались по профессиональному признаку. В Пскове были такие кварталы, как «Кожевники» (один такой квартал располагался на Островке против Гремячей башни), «Кузнецы», «Солодовники» (Петровский посад и Петровская улица), «Учанники». Особо следует отметить район реки Псковы, которая прямо-таки была средоточием тогдашней промышленной жизни: вдоль нее располагались многочисленные мельницы, бани, приносившие огромный доход, варницы, трепальни.
Примечателен и сам характер псковских купцов того времени, явно выделявшихся среди своих торговых собратьев. Посол императора Священной Римской империи Максимилиана Сигизмунд Герберштейн отмечал «более общительные и даже утонченные обычаи псковитян... Именно псковитяне при всяких сделках отличались такой честностью, искренностью и простодушием, что не прибегали ни к какому многословию для обмана покупателя, а одним только словом, указывали на самую вещь...»

Текст взят с сайта
Фото: Елизавета Сорокина
Made on
Tilda